Брежнев: «Дорогой и любимый Леонид Ильич» - Стройсайт

Брежнев: «Дорогой и любимый Леонид Ильич»

Брежнев: «Дорогой и любимый Леонид Ильич»

10 ноября 1982 года, ровно 40 лет назад, на госдаче в Подмосковье скончался Генеральный секретарь ЦК КПСС и председатель Президиума Верховного Совета СССР Леонид Ильич Брежнев. Он правил страной в течение 18 лет. И многие всерьез считали, что ему нет и не может быть альтернативы. О Брежневе травили анекдоты, его безжалостно высмеивали на кухнях и в курилках, его эпоху окрестили «застоем», но в целом все советские люди, живущие в ту эпоху, вспоминают о нем с теплой ностальгией…

К власти он пришел, как и принято на Руси — на гребне интриг, в водовороте страстей, с помощью своевременных подстав и предательств бывших соратников. В разгар пленума, на котором произошла историческая битва Хрущева с бывшими соратниками Сталина, Брежнев не участвовал. Сказался больным. А если бы участвовал — мог бы вообще головы не сносить. Исправно работала «политическая чуйка» у Леонида Ильича. Не всем дано. Лучше, чем у него, была разве что у Анастаса Микояна, о котором в народе говорили: «От Ильича до Ильича — без инфаркта и паралича».

Хрущев видел в нем своего преемника. И включил его состав своих молодых выдвиженцев. В быту он был любимец женщин и рассказчик веселых анекдотов. Некоторые считали нового партийного босса временной фигурой, рассчитывая вскоре занять его место. И жестоко просчитались. Брежнев оказался политическим виртуозом с рефлексами акробата на трапеции. Он филигранно переиграл на политических поворотах всех своих конкурентов, аккуратно вынес их за борт корабля под названием «Политбюро ЦК КПСС», и заменил верными членами своей команды.

Председатель КГБ (в 1954—1958 годах) Иван Серов в своих мемуарах называл Брежнева «опытным хитрованом». А первый секретарь ЦК КП Украины (в 1963—1972 годах) Петр Шелест — великолепным артистом, который «при необходимости мог и слезу пустить, чтоб поймать эмоцию собеседника и добавить ситуации нужный градус трагизма и драматургии».

Как любой политический лидер огромной страны, Леонид Ильич был личностью неоднозначной. У него были и очевидные достижения, и очевидные промахи. И соответственно у эпохи были и минусы, и плюсы. Начнем с хорошего.

Первое. Как ни крути, эпоха Брежнева — это эпоха без войн. Сам фронтовик, за время войны в Крыму замполит бригады морской пехоты капитан-лейтенант Брежнев видел вокруг себя множество смертей. Чуть не ежедневно рядом с ним кто-то погибал. Это были люди, которых он, как минимум несколько раз видел в жизни и в бою, а как максимум — хорошо знал. Он хоронил их лично. Порой почти родных — на фронте люди сближаются быстро.

Это произвело Брежнева неизгладимое впечатление и врезалось в память на всю жизнь. И вся эта жизнь генсека прошла под лозунгом «Лишь бы не было войны». Идея мира во всем мире была его культом, его заветной мечтой. И генсек на своем посту прикладывал поистине титанические усилия для ее реального воплощения. Он добился разрядки напряженности, ограничения производства «финишного оружия» и у нас, и в Америке.

Бывший фронтовик помнил поименно всех своих погибших друзей. До последних своих дней негласно помогал их родным. Каждое 9-ое мая поднимал тост «за наших павших».

Именно Брежнев создал в стране культ Победы в Великой Отечественной войне, который жив в народе и по сей день. До него День Победы так массово не праздновали. В 1965 году он сделал 9 мая выходным днем. Именно при нем на Красной площади впервые с 1945-го года прошел военный парад. Это стало традицией. Фронтовики в военной форме стали собираться у Большого театра. Москвичи с почтением приветствовали ветеранов, пионеры дарили им цветы. Это была неповторимая по своей возвышенной торжественности атмосфера. Когда Брежнев помер, в народе шептались «добрый барин был»

Также в народе говорили, что когда Брежнев умрет, начнется третья мировая война. Реально боялись, как бы с ним чего не случилось. Многие абсолютно не представляли свою жизнь после генсека — настолько привыкли к нему за долгие годы

Плюс второй. Бесплатное образование. Тут и говорить нечего. Как говорится, слов нет — одни эмоции. Сейчас родители на образование своих чад выбрасывают порой какие-то космические суммы. А количество бюджетных мест в вузах становится «исчезающе малой» величиной.

Плюс третий. Бесплатное медицинское обслуживание. Тут тоже эмоций уже нет. Сейчас некоторые операции стоят столько, сколько прилична иномарка в хорошем состоянии. А квоты ждать приходится по полгода. Можно и не дождаться.

Плюс четвертый. Отсутствие безработицы. Невероятно, но факт. Работы в стане было навалом, работа была для всех. Сейчас это кажется фантастикой.

Плюс пятый. В обществе работали социальные лифты. Любой человек без связей, но располагающий определенными способностями, при горячем желании, титаническом упорстве и стахановском трудолюбии мог сделать поистине головокружительную карьеру.

Плюс шестой — стабильное, спокойное и размеренное течение жизни. Советский человек мечтал окончить институт, встать в очередь и получить квартиру, перейти на хорошую работу.

Плюс седьмой — в стране не было организованного криминала. Только бытовой. «Ревущие девяностые» с их «малиновыми пиджаками», ворами в законе, криминальными бригадами, разделом сфер влияния, бесконечными перестрелками на всех углах миллионы россиян до сих пор вспоминают с содроганием. А при Брежневе в этом смысле была «тишь, гладь и Божья благодать». Если сейчас родители учат детей, как выживать в это судьбоносное время, то в ту пору такого вопроса даже не стояло: «Иди, сынок (дочка), гуляй. К ужину возвращайся».

Плюс восьмой. В стране фактически не было масштабной коррупции и осатаневших от чужих денег олигархов, которых в народе по сей день называют «олигохренами». Все жили бедновато, но от голода никто не умирал. Холодильники у всех при тотальном дефиците всего самого необходимого трещали от запасов. А сейчас у миллионов сограждан там посвистывает ветерок. И никто не покупал яхт, островов, маврских замков за рубежом и не считал «весь этот пипл» «биологическим мусором». За масштабное воровство могли и к стенке прислонить — как директора Елисеевского гастронома.

Плюс девятый. В «эпоху застоя» произошло мощнейшее развитие экономики и социальной сферы. Вдуматься только — за годы лишь одной пятилетки (1966−1970 годы) было построено 1900 новых промышленных предприятий, включая автогигант — Волжский автозавод. К 1980 году Советский Союз занимал 1-е место в Европе и 2-е в мире (после США) по объёмам производства промышленности и сельского хозяйства. В стране была создана фундаментальная и масштабная научная база — в науке работало более миллиона ученых. Ежегодно бесплатно распределялись сотни тысяч квартир, росли новые города.

В «семидесятые» телевизоры массово появились в квартирах советских граждан. Простые люди, которые смотрели телевизор, в основном верили в идеалы коммунизма.

Хотя потом Советский Союз идеологически выгорел. И в этом была его трагедия, которая впоследствии стала предвестником глобальной планетарной катастрофы тысячелетия — гибелью Красной империи.

Минусы.

Первое. Это было время тотального дефицита самого насущного. Народу всегда чего-то не хватало. Когда привозили какие-то экзотичные бананы, за ними сразу выстраивалась длиннющая очередь. В мебели была мода на минимализм. Столик на трех ножках — это настоящий символ той эпохи. А еще польская или румынская стенка. За ними надо было по полгода стоять в очереди. Плохую одежду можно было купить всегда — например, булыжного цвета пальто, подбитое ватой. А вот модные шмотки надо было еще достать.

Хорошие женские сапоги стоили месячную зарплату. Добывали их либо через фарцовщиков, либо если выкидывали где-нибудь на распродаже. И за ними выстраивались километровые очереди.

Второе. Возможность дополнительного заработка практически отсутствовала. Подработать можно было разве что незаконно. Национальных окраин это не касалось — там местные подпольные цеховики под «крышей» милиции и под контролем воров в законе вовсю «лабали» паленые джинсы, кроссовки и все остальное. И уровень жизни там был намного выше, чем в России. Это раздражало.

Третье. Не было свободы слова. Впрочем, она никому не была нужна, потому что никто не знал, зачем она вообще существует.

Четвертое. Не было национальной идеи. Идеологически Советский Союз в эпоху застоя «выгорел» дотла. А русский человек без идеи не живет. Идеология потребления ему чужда ментально. А другую, вдохновляющую «на труд на подвиг», так и не нашли. Ищут до си пор.

Пятое. Именно в «эпоху застоя» СССР «подсел» на нефтяную иглу. Бюрократия и партийный диктат тормозили развитие технологий, Госплан неумело планировал будущее. Даже Продовольственная программа, призванная накормить страну, явно запоздала. В итоге зерно периодически приходилось закупать за границей. В науке буквально каждый доклад, не говоря о диссертации, приходилось начинать словами: «Как указывал в своих трудах Генеральный секретарь…». Ну, и конечно же, «ширнармассы» неимоверно раздражал и нервировал пресловутый «культ личности» — еще бы, 260 орденов и медалей на парадном кителе генсека, общим весом в 18 килограммов!

Всем тогда хотелось перемен. И они наступили. И мир содрогнулся.

Сначала после смерти «дорогого Леонида Ильича» началась чехарда престарелых генсеков — «гонка на лафетах». А потом к нам пришла долгожданная «Гражданка перестройка». Потом, как морок, пронеслись перед нами «великие разрушители» Горбачев и Ельцин. На окраинах заполыхали жестокие межнациональные конфликты с кровавым творчеством масс — массовыми убийствами, депортацией, резней и грабежами.

А теперь мы вообще ворвались в полосу глобальной планетарной турбулентности.